Присвоенная им

— Отпусти... — сиплю, отчаянно упираясь в его грудь и пытаясь вырваться. — Не смей прикасаться ко мне! — Не сметь? Ты забываешься, Лалина. Забываешь, кому принадлежишь. — Я никому не принадлежу! Не тебе уж точно! Между нами всё кончено! Не вернусь в этот ад! Скулы мужа каменеют, желваки нервно перекатываются, выдавая с трудом сдерживаемую ярость. — Ад, Лалина, начнется для тебя, если ты сбежишь ещё раз. Пока ты моя жена, ты будешь со мной. До последнего, — цедит сквозь зубы, — вздоха. Не дав ни единой возможности возмутиться в ответ, муж резко закидывает переставшее слушаться тело себе на широкую спину, навсегда перечеркивая иллюзию моей свободы. — Погуляла и хватит, жена.