Я тебе изменил, родная

— Стас, я так больше не могу, — женский всхлип, доносящий со стороны кухни, заставил меня резко замереть на месте. — Успокойся, Марина. Сейчас не время. — Я два года жду, Стас! — приглушенно вскрикивает она. — Я устала! Я хочу взять ее на руки, прижать к себе и назвать дочерью. Своей дочерью! Я нахмурилась сильнее, не понимая... О ком она говорит? Кого называет своей дочерью? — Не истери, Элину разбудишь, — цыкнул на нее мой муж. — А вдруг Катя вернется и услышит этот разговор. — Да мне все равно. Пускай слышит и знает, что все эти два года растила мою дочь. Мою! От злости в ее словах, в голосе я вздрогнула. С губ сорвался отчаянный вскрик, рука взметнулась вверх, чтобы прикрыть рот. Вот только уже поздно, они заметили меня.