Вернуть (не) любимую жену офицера

Меня слегка подташнивает, но я иду вдоль здания к единственному приоткрытому окну, и будто в подтверждение догадки, что там мой муж вдруг слышу… его сдавленный стон. Замираю на секунду. Плечо настолько сильно болит?! В панике бросаюсь к окну, и… …обмираю в шоке от увиденного. Это и права он… Мой муж. Он сидит в кресле и смотрит какие-то фотки в телефоне. Но на коленях перед ним сидит деваха в белом халате. Да не просто сидит… она его… …ублажает. Меня тошнит. Слезы душат. И так болит в груди, что кажется будто я сейчас просто отключусь от болевого шока. Но позволить себе этого не могу. Не тогда, когда у меня под сердцем растет малыш этого мерзавца. Теперь только мой малыш! Да и вообще, обмороки — непозволительная роскошь для генеральской дочки! Отшатываюсь назад, недолго думая выдираю кусок кирпича из клумбы, замахиваюсь и… швыряю в проклятое окно. Предетель отталкивает от себя деваху, и бросается к окну, и… так и замирает, встретившись со мной глазами: — Ариш… — не столько слышу, скорее по губам читаю, а затем он дергает ручку с таким остервенением, что выдирает ее к чертят. — Да черт! — тут же дергает откинутую часть окна, пытаясь ее выломать. — Ариш, я щас все объясню! — Нечего тут объяснять! Я ненавижу тебя, Измайлов! — рычу я от боли. — И я сделаю все, чтобы ты чертовски пожалел, что вообще меня знал! Разворачиваюсь и иду обратно в сторону КПП. Слышу сзади звон стекла, но мне уже плевать, пусть хоть весь лазарет разнесет — не мое дело! — Ариш, я ж все равно догоню! — рычит он. — Удачи, — бубню себе под нос. Я уйду, чего бы мне это не стоило. И о нашем ребенке этот подлец никогда не узнает!