Сводные. Мой худший враг.

— Ты дрожишь, Лазарева. Тебе страшно? Правильно. Бойся. Она стоит в прихожей моего дома — в доме, где еще пахнет духами моей матери. Она пришла сюда как «дочь» моего отца. Дочь той твари, из-за которой я теперь каждое утро хожу на кладбище. — Егор, я не хотела... я не знала, что так будет... — лепечет она, вжимаясь в стену. Я хватаю её за горло, не сильно, но так, чтобы она почувствовала: воздуха здесь для неё больше нет. — Мне плевать, что ты хотела. Ты принесла в мой дом смерть. Ты вывернула мою жизнь наизнанку, а теперь пришла занять освободившееся место? Она пытается оттолкнуть мои руки, но куда ей... Она хрупкая, как стекло. И я собираюсь разбить это стекло вдребезги. — Мой отец, может, и ослеп от юбки твоей мамаши, но я вижу вас насквозь. Ты думала, это спасение? Нет, Злата. Это капкан. Я буду твоей тенью. Твоим страхом. Твоим персональным палачом. Добро пожаловать в семью, сестренка. Теперь ты принадлежишь мне.