Измени мне. Это не просьба

— Измени мне. В висках застучало так громко, что я перестала слышать, как капает вода в трубах. — Измени мне, — повторил он. — Это не просьба. Это вынужденная мера. У нас нет денег, нет связей, нет рычагов. У нас есть только ты — и его желание. Я понимаю, что прошу чудовищную вещь. Но это единственный способ спасти Лёву. Единственный способ спасти тебя от улицы. Меня — от тюрьмы. Нас — от полного краха. Я молча смотрела на его руку, прижатую к стеклу напротив моей. На красный след от наручников. На обручальное кольцо — тонкий золотой ободок, который теперь казался ошейником, затягивающимся на горле. — Подожди, — сказала я почти спокойно, — давай уточним детали сделки. Ты признаёшь вину, хотя, возможно, даже не понимаешь до конца, в чём. Бесов закрывает дело, вытаскивает тебя с условным сроком. А я за это становлюсь его... кем? Любовницей? Игрушкой? Дорогим аксессуаром к его самолюбию? На какой срок аренда, Максим? Или она с пролонгацией? Он закрыл глаза. Плечи его дрогнули. — Я не продавал тебя. Я пытаюсь спасти то, что осталось.